Мой друг Коля

Мама чувствовала себя плохо уже много дней. А сегодня её оставили в лагере. В голове один вопрос: это всё? В сердце смятение: неужели? И неожиданно: а вдруг? Нет, чуда нет.
Без мамы в бараке ещё страшнее.
* * *
Целый день плачу. Раньше я думала, что радость просит людей смеяться. Оказывается, иногда она велит ронять слёзы, хотя это уже другие слёзы – счастья.
Мама жива! Она работает в больнице.
Тётя Маша (так звали женщину из госпиталя городка Штетиш) помогла мамочке, она же и смогла передать мне радостную весть.
* * *
Ручка огромного зелёного старого чайника оторвалась, когда попыталась перенести эту громадину с плиты, и я обварила руки крутым кипятком. Дикая боль заставила меня потерять сознание.
Очнулась я уже в госпитале, в том самом, где была моя мама. Больно, но я счастлива. Мы обе живы, вместе, а это самое главное. Даже ошпаренная рука, кажется, болит меньше. Мне хорошо.
Вчера совершенно случайно узнала, что русские сотрудники госпиталя создали союз, они помогают приговорённым к смерти. Восхищаюсь сме-лостью этих людей, волнуюсь за них.
* * *
Сказать, что этот рассказ потряс меня до глубины души – ничего не сказать! История четырнадцатилетнего мальчика Коли из маленького городка Ситлер (Крым) преследовала меня. Жалость – сопереживание, жалость- сочувствие во мне не могли поверить в услышанное. В мыслях я вновь и вновь возвращалась в произошедшее. Что же такое могло произойти с людьми, что они, потеряв человеческое лицо, стали уничтожать таких же людей без раздумий?
Признаюсь, я не люблю плакать. Но сейчас слёзы, как серые осенние дожди, нагоняющие тоску, сами катились по лицу.
А плакал ли Коля? Мальчишка, переживший за свою короткую жизнь больше, чем иной взрослый? Может быть, и не плакал. Когда раны серд-ца и души так глубоки, в слезах нет никакой необходи- мости, они высыхают.
В госпитале лежит мальчик, закованный в кандалы. В кандалы! Немцы так боятся этого ребёнка в оковах, что усиленно охраняют его! Коля ПЯТЬ раз бежал из лагеря! Его ловили, били, а он бежал. Его ловили, били, а он бежал. Это были его бунт, его вызов! Неукротимый дух свободы толкал его вперёд снова и снова.
Так захотелось увидеть этого бесстрашного маленького героя. Да, для меня он самый настоящий герой.
После долгих просьб тётя Маша согласилась и поздним вечером, когда охрана не так бдительна, провела меня к узнику.
Я увидела худого, истощенного ребёнка. Мне показалось, что он спит.
– Ты кто? – Неожиданно звонкий голос напугал меня.
– Злата, – ответила я.
Вот так, очень просто, началось наше знакомство. С разговорчивым Колей время пролетало быстро. Каждый из нас говорил о себе. Я узнала, что родители мальчика учителя. Не видел он их с 1941 года, беспокоился, скучал.
Подружила нас Большая Медведица. Не удивляйтесь! Мы нашли что-то общее: оба любили наблюдать за звёздным небом. Астрономия – мой любимый предмет, а у Коли дома даже висела карта звёздного неба.
– Знаешь, о чём я мечтаю? – однажды таинственным шёпотом спросил меня собеседник. – Вот бы сесть в немецкий воинский эшелон и доехать на нём до нашей совет-ской земли. Стать бы разведчиком. Как ты думаешь, из меня получился бы разведчик?
– Самый лучший, – не задумываясь, ответила я.
Наши тайные встречи, короткие и редкие, нужны были в первую очередь мне. С Колей я тоже становилась сильнее, смелее.
Однажды утром меня разбудил топот бегущих ног. Мальчик в кандалах убежал! В шестой раз! Многочисленные друзья Коли, узнав, что на днях начнут допрашивать, решили вывезти его из лагеря. Мальчик от слабости едва ходил. Все понимали: ребёнка нужно спасать. Члены тайного союза выкрали штабную машину, а тетя Маша с помощниками на носилках вынесли его из госпиталя.
Пишу эти строки и восхищаюсь поступком людей. Никто не думал о себе! Спасти человека, помочь ему – вот главное для них в эту ночь.
Фашисты бесчинствовали, пытали многих. Но ни один не признался, не выдал товарищей.
А у Коли дела шли плохо: у него началось двустороннее воспаление лёгких. Он угасал…
Скоро немцам стало не до Коли, у них появились срочные дела, ведь Советские войска приближались к Франкфурту-на-Майне.
В день освобождения города Колю вынесли на улицу. Он улыбался. Кто-то из ребят увидел велосипед, все стали кататься по очереди.
– Можно мне? – негромко попросил мальчик. Ему помогли сесть, кто-то держал велосипед, а он сам крутил педали. Быстро устал, слез с велосипеда, сел, прислонившись, к стене. Счастливо улыбнулся. Я подошла к нему.
– Теперь всё будет хорошо! – звонким голосом воскликнул он.
Был вечер.
– Скоро звёзды появятся, – добавил он. – Давай их подождём…
Я не знаю, когда он умер.
– Смотри, Коля, звёзды зажигаются, – напомнила я. Ответа не было. Тут я всё поняла, закричала, зарыдала…
* * *
Каждый год 9 мая моя душа мчится в Ситлер. Теперь это уже и не городок, а железнодорожная станция между Джанкоем и Феодосией. К великому огорчению, после войны я смогла туда поехать только один раз. Хотела найти родителей Коли, преклонить голову перед ними. Но так никого и не нашла. Тогда я поклонилась земле, вырастившей бесстрашного героя, давшей ему силы.
Я помню тебя, Коля из Ситлера, рассказываю о тебе. Ты живёшь в памяти людей, в их рассказах. В этом твое бессмертие.
Нурия Тагирова,
ученица 7 «а» класса Шариповской школы им. Киреева М.С.