Дети, лишенные детства

Дети, лишенные детства
Бравый парень Кашаф Манапов (на снимке) женился на деревенской девушке Мадине. Он прошел обучение при МТС, сдал экзамены и приступил к работе. В первый же год работы добился хороших показателей, выполнил поставленные задания.
Кашаф трудился на своем тракторе, получая зарплату деньгами и зерном. Укреплялась экономика семьи, родились дети: Альфия, Камиль, Рамиль.
С годами жизнь стала налаживаться. Построили новый дом, крытый железом. Жить бы да радоваться. Но мирный труд советских людей был прерван внезапным нападением на нашу Родину гитлеровской Германии. Началась война, которая стала для нашей страны самой жесткой и самой кровопролитной не только для двадцатого столетия, но и за весь период существования человечества.
Кашаф, как уже имеющий опыт участия в войне с Финляндией, был призван и одним из первых в районе отправлен на защиту Отечества.
У Мадины кроме сестер Лябибы и Фариды были еще батья. Миннигаян и Саубан также оказались в числе призывников.
С самого первого дня войны из с.Казарма и Угузево по архивным данным на фронт ушли 600 человек. Более половине из них не было суждено вернуться домой живыми.
Деревня как будто вымерла: все тяготы военного времени легли на плечи детей, женщин, стариков. Сестра мамы, Фарида, стала трактористкой, а 16-летняя Лябиба – комбайнером.
Вы можете себе представить, какого было работать председателю колхоза Габдрахману Мухаметгалиевичу Галееву с этими подростками – девчонками, которые плакали от бессилия, от непосильного труда, отсутствия навыков, от голода…
Но фронту нужно было продовольствие – это понимали все и трудились изо всех сил.
Поля колхоза были разбросаны вокруг деревни. Дети как могли, старались помочь взрослым. Во время уборки зерновых, трактористки не приходили на обед, чтобы не терять драгоценное время. Альфия, Камиль и Рамиль носили еду на поле. А нежирный обед в тряпочной катомке сос-тоял из бутылки забеленного молоком травяного чая, 4-5 картофелин и кусочка лепешки, напоминающей хлеб.
Иногда дети по дороге съедали половину провизии, остальное старались донести…
Когда начиналась жатва пшеницы, было веселее идти: девушки-комбайнеры давали детям по горсти пшеницы. А в молочно-восковой спелости она очень вкусная!
Однажды, Фарида в алюминиевую кружку детям насыпала зерна, завязала в узелок и проводила. Дети шли домой и не заметили, как перед ними возникла фигура председателя колхоза, который шёл с руководителем района. Он попросил развязать узелок и обнаружив кружку зерна, конфисковал ее. Дети со слезами на глазах пошли домой. Фарида и вся семья жила в страхе: по законам того времени полагалось ее наказать.
Через неделю к тракторист-кам подъехал Габдрахман Галиев, бросил к ногам Фариды кружку и сказал: «Не учи детей воровать!» Габде абый (так любовно называли председателя односельчане) ни на кого никогда не доносил, старался мирно решать возникшие проблемы. А Фарида всю жизнь благодарила его.
Жизнь была трудной. Вода в ведре к утру замерзала. Топили соломой железную печку. Чуть просмотришь, солома сгорает, а разгорится, обязательно обжигает пальцы рук. Плакать разучились, терпели боль. Камилю доставалось топить чаще, он старше. Всегда хотелось есть. Хорошо, что у нас была корова и огород, который весь засаживался картошкой.

Уборка картофеля была пыткой, мальчикам было по 3-4 года, а они уже – «рабочая сила». Собирали клубни, как могли, старались. Мужчины на фронте, помогать некому. Уборка затягивалась до глубокой осени, порою выпадал снег. Но картошку все равно убирали – это же был источник жизни для всех.
Камиль Кашафович, вспоминая детство, рассказывал: «Приходила к нам моя сверстница Катиба за солью, босиком по снегу. Немного согревшись, прижимая к груди завернутую в тряпку соль, бежала домой. Ее ноги всегда красные от мороза, врезались мне в память навсегда (У нас был запас соли. Отец, видимо чувствовал, заготовил).
Незабываемый эпизод военного времени из жизни семьи: за долги по сдаче сельхозпродукции (натурального налога) забрали теленка. Мы с Рамилем бежали вслед и плакали, пока нас дяденька затоготовитель не полоснул кнутом”.
Женщины-матери! Вашему терпению, упорству, трудолюбию – слава!
А в солдатских треугольниках (письма с фронта) Кашаф писал: «Мадина, пожалуйста, береги и вырасти детей…». Как настоящий мужчина, он не дописал (но можно было догадаться), что ему вернуться живым, скорее всего не удастся. Это понимали все, кроме детей.
«Мама, на кого похож наш папа?». Мадина растерялась, с грустью посмотрела на сыновей, слезы навернулись на глазах. Она никогда не плакала при детях, чтобы не травмировать их и тихо, дрогнувшим голосом сказала: «На Зуфара Сабирова».
Зуфар Сабиров был тяжело ранен на полях сражений и вернулся домой инвалидом. Работал в правлении колхоза им. Ленина счетоводом.
Мальчишки побежали посмотреть на человека, похожего на отца, забежали в правление колхоза. Но солдат-инвалид стеснялся своего увечья и выгнал мальчишек вон.
Шестилетний Камиль и четырехлетний Рамиль и их товарищи, огорченные побрели домой. Встреча не состоялась.
Шел победный 1945 год. Стали возвращаться домой наши победители: группами и в одиночку, иногда на колхозном транспорте ехали солдаты, на груди которых поблескивали ордена и медали.
Первыми их встречали вездесущие мальчишки. Народ ликовал. Женщины плакали. Да и наши освободители незаметно смахивали набежавшие слезы.
Камиль и Рамиль ждали, мечтали о том, что папа обнимет сыновей, высоко подбросит в небо и поймает…
Как же объяснить детям, что похоронка на папу пришла еще в 1944 году: «Погиб смертью храбрых на Западной Двине» июнь 1944 год.
Завидев, идущую с пригорка очередную группу солдат, бежали встречать. Оба ждали всю жизнь, но так и не дождались.
Постепенно деревня стала оживать. Вернувшиеся с полей сражений солдаты вдохнули в нее жизнь: застучали молотки, началось строительство новых домов, рождались новые семьи, дети, за руль автомашин сели мужчины-водители, девушек-трактористок заменили механизаторы.
Вернулись и наши победители: дядя Миннегаян с культей вместо ноги, дядя Саубан – жив-невредим.
Замуж вышла комбайнер-трактористка Лябиба, сестра мамы, за офицера Халяфа Мустаева. Много трудностей выпало и на их долю, но они, впрочем, как и все молодожены того времени, преодолевали жизненные неурядицы стойко. Работали, растили детей.
Когда смотрю на их внучку Эльвиру Тагирову, по коже пробегают мурашки: как же она похожа на свою знатную бабушку! Такая же красивая, веселая, жизнерадостная, никогда не бывает в плохом нас-троении, приветливая, общительная, как и ее бабушка – многодетная. Счастливая мама четырех сыновей – богатырей, любимая жена и отличный сотрудник полиции!
Уехала в город трактористка Фарида. Работала по – стахановски. Вместо одной нормы, выполняла три.
Ее фотография не сходила с доски Почета швейной фабрики им. 8 Марта. Черные, как смола глаза часто были грустны и задумчивы.
Мама старалась изо всех сил: дети были сносно одеты, летом, конечно, босиком. А на Пасху женщины ходили в Уфу (пешком) прихватив 2-3 пары лаптей. Лапти разваливались, надо было их менять. Переночевав в Подымалово шли в город, везли на санках яйца, фунт масла. Продав товар, возвращались домой, купив самое необходимое и обязательно связку баранок, вкуснее которых не было ничего.
“В деревне детей никто не обижал: их было двое. Они везде были вдвоем. Одинакового роста, очень похожие, росли как все наши сверстники. Даже Халяф Гарифуллин, наш сосед, не задирал нас, хотя был на голову выше нас. Он рос сиротой с бабушкой и дедушкой. Четыре родных брата Гарифуллины (в т.ч. отец Халяфа) сложили головы на полях сражений.
В каждом доме было по 3-5 детей. Героическими усилиями женщин-матерей они выживали.
Летом купались в речке Каряка, зимой катались на санках. Дети есть дети!
Как бы тяжело ни было, время шло, все дальше уходило военное лихолетье. Дети друг за другом пошли в школу. Когда Альфия перешла в третий класс, пошёл в школу и Камиль, а потом и Рамиль.
В первый класс пошел Камиль, их было 41 человек. Один его сверстник не пошел в школу, так как нечего было одеть. Он решал задачи сестре, которая училась в третьем классе. Когда дети рассказали маме об этом, она сшила ему штанишки, он стал 42-м учеником нашего класса, а потом школа оказала помощь вундеркинду. Вот такие были жестокие времена.
Ребята учились хорошо, были дисциплинированны и радовали маму своими успехами. Дети, помнящие голодные и холодные военные и послевоенные годы, всегда верили и знали, что все эти трудности временные.
Альфия после семилетки поступила в педучилище. Через два года она повела и Камиля учиться туда же.
Двоих детей нужно было содержать в райцентре на квартире: одеть прилично, накормить… У мамы забот прибавилось.
В выходные дети приходили домой пешком. Помогали матери по хозяйству как могли и отправлялись обратно в райцентр пешком.
А зимой приходилось идти по бездорожью: сколько сбивались с пути, мерзли. Обратно везли санки: мешочек картошки и мамина стрепня.
Если бы отец был жив, не пришлось бы нам так страдать. Но нас, сирот, было много. Трудности, лишения, закалили наш характер.
В педучилище Камиль подружился с одногруппником Рашитом Айдуллиным, с которым спали на одной кровати, делили кусок хлеба на двоих. Впоследствии детская дружба переросла в крепкую мужскую. Они всю жизнь были соратниками, единомышленниками, верными друзьями, вместе собирали своих однокурсников на 50-летие выпуска, очень тепло отзывались о преподавателях педучилища.
Альфия после окончания педучилища поступила на историко-филологический факультет БГУ.
А дома уже подрастал Рамиль. Он заготавливал дрова, сено, работая в колхозе. Выучился на водителя, а после службы в армии, стал шофером – профессионалом.
С окончанием университета Альфия преподавала в школах, а когда семья переехала в Уфу – заведующей учебной частью Дома политпросвещения обкома партии. Всю жизнь служила честно, добросовестно.
Я ее спрашивала: «Альфия апа, как ты училась, ведь из дома почти никакой поддержки не было: ни денег, ни продуктов…” Она отвечала: «На стипендию». Три копейки – булочка, одна копейка – стакан кипятка. Все так жили и учились, хорошо, понимали, что надо.
Старший сын Кашафа окончил педучилище и по комсомольской путевке с группой товарищей был направлен на новостройки Сибири. Оттуда был призван в армию. Служил в составе танковых войск, был механиком – водителем. После демобилизации вернулся на малую родину в Старогумеровскую среднюю школу. Затем комсомольцы колхоза им.Сталина избрали его своим освобожденным секретарем. Хозяйство было большое, молодежи было много. Затем был инструктором райкома комсомола, партии.
Учился в Горьковской Высшей партийной школе, с приездом заведовал отделом пропаганды и агитации райкома партии.
Где бы не работал Камиль, везде отличался честностью, порядочностью, настойчивостью. Был скромным, общительным, добрым, пользовался заслуженным авторитетом среди населения.
Третий ребенок Кашафа – Рамиль, который тоже не пом-нит отца, остался в деревне. Окончил автошколу, всю жизнь работал водителем.
Рамиль Кашафович вверенную ему технику всегда содержал в рабочем состоянии, в любую погоду выезжал в рейс. Как и отец, добивался высоких производственных показателей, был в списке лучших водителей не только в колхозе им.Ленина, но и в районе. А на сабантуях нередко завоевывал барана в борьбе курэш.
Многократно награждался Почетными грамотами, знаками, “Победитель соц. соревнования”, путевками на санаторно-курортное лечение. Ему присвоено звание «Ветеран труда».
Дорогой наш отец, дедушка, прадедушка Кашаф Шамсутдинович!
Наша мама, бабушка, прабабушка Мадина Абсатаровна выполнила твой наказ: подняла детей, воспитала, помогла получить образование, нянчилась с внуками.
Ты можешь гордиться своими детьми, внуками, правнуками, среди которых есть профессор, офицеры полиции, юристы, учителя, врачи, инженеры, воспитатели, переводчики, хлеборобы…
Благодаря Вам и Вашим сверстникам мы сегодня живем, радуемся Весне, Миру, растим детей и верим в светлое будущее человечества.
В мире есть вечные профессии. Это – кормить людей. Это – учить детей. Это лечить людей.
Наши родители были связаны с землей-матушкой и хлебом.
Мы сердечно благодарны ученикам и коллективу школы д.Лобейки Ульяновского сельского Совета Витебской облас-ти, которые заботливо ухаживают за братской могилой, где захоронен наш герой. Ему было только 33 года. Благодарны сотрудникам Витебского об-ластного военного комиссариата за данную информацию.
Фарбиза МАННАПОВА.
Использованы материалы газеты «Авангард» №21 от 16 февраля 2010 г., №71 от 21 июня 2011 г., №112 от 26 сентября 2013 г.